На крыше мира. Как совершить незабываемое путешествие в Непал

0

Спустя полвека, после того как Непал был открыт западными туристами, эта страна не теряет своего загадочного ореола. Древние индуистские и буддийские монастыри и горные прогулки — главные причины, заставляющие путешественников со всего мира устремляться сюда. Чистый воздух, едва тронутый цивилизацией уклад жизни, самые высокие вершины в мире — из Непала возвращаешься обновленным.

Беспощадный Катманду

Первое, что испытывает при прибытии в Катманду путешественник, незнакомый с Южной Азией — это шок от автомобильного смога и уличного шума. Миллионный город крайне перенаселен, гуляя по туристическому району Тамель, все время чувствуешь локоть соседа. Уличное движение не регулируется, водители постоянно друг другу сигналят, а сами улицы явно не рассчитаны на такое количество автомобилей. Тем, кто беспокоится о своих легких, необходимо приобрести санитарную маску, они здесь продаются на каждом углу. К астматикам вроде меня Катманду беспощаден.

Прямых рейсов до Катманду из Москвы нет: сюда добираются с пересадкой в Стамбуле, Дохе или Дубае. Дорога занимает целые сутки. Визу выдают прямо в аэропорту: в зависимости от срока пребывания стоимость ее составляет от 25 до 40 долларов. Анкету и фотографию можно сделать с помощью специального автомата, который стоит перед пограничным пунктом, а всю необходимую информацию таможенник записывает в визу простой шариковой ручкой. Все эти формальности занимают минут пятнадцать — и вот ты уже в крохотном, но рычащем, как тигр, такси на пути в город.

В апреле 2015 года центр Непала пострадал от сильнейшего землетрясения, в результате которого погибли более восьми тысяч человек. Его следы в Катманду можно увидеть и сейчас: многие храмы дворцовой площади Дурбар частично разрушены. Однако знаменитая буддийская ступа Боднатх восстановлена, и каждый может обойти ее по часовой стрелке, приобретая благоприятную энергию. Разрушения затронули и «обезьяний храм» Сваямбунатх на возвышенности к западу от города — отсюда открывается хороший вид на долину Катманду, но будьте готовы к длинному подъему по лестнице в большой компании обезьян, которых подкармливают монахи, паломники и туристы. Некоторые из них могут попытаться отобрать у зазевавшегося путешественника еду или бутылку с водой. Чтобы этого не случилось, в местах их большого скопления обычно дежурит человек с палкой.

Район Тамель, где останавливается большинство западных туристов, как и весь город, напоминает огромный муравейник со множеством магазинов, ресторанов, отелей. Книги Далай Ламы XIV и статуэтки божеств буддийского пантеона. Одежда из кашемира (очень дешево) и ячьей шерсти (еще дешевле). Чай, специи, ювелирные изделия. Иностранцу неизбежно продадут все это втридорога — сопротивляться просто бесполезно. Отсутствие агрессии, чуткость, готовность сразу же прийти на помощь в характере непальцев не мешает тому, чтобы в первую очередь видеть в любом европейце лишь мешок денег.

Путь в горы

Многие треккеры, уже побывавшие в Непале, предпочитают не останавливаться в шумном Катманду, а ехать прямиком в горы. Первоначально я планировал свой поход по предгорьям Эвереста. Добраться до него несложно, но дорого: 45-минутный рейс на самолете до городка Лукла обойдется примерно в 150 долларов. Поэтому выбор в итоге пал на заповедник Аннапурны — десятой по высоте вершины мира. К тому же, по пути в заповедник можно ознакомиться с туристической столицей Непала Покхарой.

205 километров, которые разделяют Катманду и Покхару, автобус преодолевает за шесть часов, с несколькими остановками по дороге. Из-за пробок выехать из Катманду непросто. По пути из окна открывается вид на нетуристические районы города: с трущобами и жителями, спящими прямо на земле по соседству с огромными билбордами, рекламирующими водку Ruslan и местный виски. Непал — одна из беднейших стран мира, живущая за счет сельского хозяйства и туризма. Алкоголь здесь признак высокого достатка. Местные чаще расслабляются с помощью марихуаны и гашиша. Наркотики, конечно, запрещены, но характерный запах чувствуется во многих барах Покхары и Катманду.

Покхара находится в удивительно красивом месте: с одной стороны — огромное озеро Фева, с другой — горная цепь. Линия берега почти полностью занята отелями. Жилье здесь еще дешевле, чем в Катманду, — средний номер обойдется примерно в 1000 рупий (или 10 долларов) за ночь. Лучший вид на город открывается со Ступы Мира — памятника на вершине холма Ананда, воздвигнутого последователями японской буддийской школы Ниппондзан Меходзи. По инициативе основателя школы Ничидатсу Фудзи, такие же ступы были установлены в Лондоне, Хиросиме и Нагасаки, Бирмингеме и Мюнхене.

Чтобы попасть в заповедник Аннапурны, нужно получить два документа: разрешение на посещение заповедника (Permit) и регистрационную карточку в поисково-спасательной службе (TIMS) — за них придется заплатить 40 долларов. Процедура оформления занимает всего несколько минут в местном туристическом центре. Список вещей, которые необходимы в горах, зависит исключительно от персональной любви к комфорту. Все, что понадобится, можно купить в Покхаре: главная туристическая улица забита магазинами, торгующими поддельной спортивной одеждой известных марок и всяческим инвентарем.

Рюкзак опытного треккера редко весит меньше 10-15 килограммов. Я же по неопытности взял только самое необходимое: теплую одежду, специальную палку для ходьбы (лучше брать две), флягу для воды, фотоаппарат, фонарик, таблетки от желудочных расстройств и несколько пачек овсяного печенья. И конечно, крепкие и свободные ботинки — без них в горах делать нечего. В декабре не помешает и термостойкий спальный мешок: во многих гестхаусах, где вы будете останавливаться на ночлег, нет отопления. Но даже если у вас его нет, это не так страшно, вам всегда выдадут дополнительное одеяло.

Через тропики к звездам

Прибыв в шесть утра на автобусную станцию, я сажусь в древнюю индийскую «Тату» с изображениями бога Шивы на боках. Где-то сверху кудахчут куры, рядом сидят сосредоточенные бабушки с вязанием, проход завален рюкзаками треккеров — в такой компании под самую жизнерадостную в мире музыку я ближайшие два часа буду ехать по горному серпантину. Автобус слегка кренится на поворотах, снизу открываются километровые ущелья. В такие моменты трудно избавиться от мысли, что твоя жизнь стоит ровно те самые сто рупий, которые ты заплатил за билет.

На входе в заповедник сведения о каждом госте заносят в огромный журнал, заполняемый от руки. Тут же висит прогноз погоды: ясно, днем до плюс 25, ночью около ноля. Через несколько сотен метров взору предстает гора Маччапучаре (6998 метров) — пожалуй, самый красивый пик горного массива Аннапурны. Ее вершина напоминает рыбий хвост, а сама гора считается домом Шивы и закрыта для альпинистов. Контраст между городской и сельской жизнью в Непале таков, что попав в заповедник, чувствуешь, будто у тебя сняли повязку с глаз и вынули беруши из ушей. Это совершенно другой мир: с долинами, по которым текут бурные реки с кристально чистой водой. С воздухом, наполненным ароматами горных трав. С постоянной сменой фокуса: дорога то заводит в лес, где среди скал шумят водопады, то выводит на открытые пространства, где открываются невероятные пейзажи с редкими домиками.

Заблудиться здесь сложно. Во-первых, самих горных троп не так много. Во-вторых, они промаркированы: главные маршруты сопровождаются красно-белыми метками, второстепенные — сине-белыми. Говорят, что в высокий сезон — сентябрь и октябрь — треккеров здесь столько, что на популярных маршрутах они буквально дышат друг другу в спины. Но теперь зима, и хотя на тропах немало людей, можно без труда найти ночлег в одном из многочисленных гестхаузов на пути. Комната стоит один-три доллара за ночь. Здесь действует негласное правило, что питаются треккеры в том гестхаузе, где они остановились, — основной доход хозяева получают от кухни. На ближайшие пять дней единственной едой для меня будут непальские пельмени момо и дал-бат: пирамидка риса, пиала чечевицы и несколько кусочков щедро приправленной перцем курицы. А главной наградой за изнурительные подъемы и спуски по горным лестницам — дорогущая по местным меркам бутылка непальского пива. За отсутствием автомобильных дорог все продукты доставляются в горные деревни исключительно на мулах, поэтому здесь действует правило: чем выше — тем дороже. Некоторые треккеры умудряются экономить на еде, беря с собой газовые горелки для приготовления каши.




В первый же вечер в гестхаусе выясняется, что я остался без каких-либо средств связи: на автобусной станции у меня мастерски украли смартфон (легкий рывок рюкзака, которому я даже не придал значения), а ноутбук сломался, не выдержав тряски в автобусе. Надо сказать, что Интернет и wi-fi добрались даже до глухих гималайских деревень, так что то, что меня лишили соблазна начинать утро с ленты Facebook, неожиданно кажется настоящим подарком небес. Теперь только умиротворенные коровы, дружелюбные собаки, огромные алые рододендроны, пронзительно синее небо. И никакого информационного мусора.

Чтобы оптимально использовать время зимой в горах, лучше вставать в пять утра, когда, несмотря на кромешную темноту вокруг, начнут кричать петухи. Я этому правилу не следую — мой путь начинается от силы в девять. На второй день я должен добраться до Горепани — села на высоте 2850 метров. Полтора километра в высоту под палящим солнцем становятся серьезным физическим испытанием. Останавливаясь каждые сто метров для передышки, с завистью гляжу на порхающих по горным лестницам портеров с огромными корзинами вещей. Портер, выступающий также гидом для начинающих треккеров, зарабатывает 10-15 долларов в день — по местным меркам неплохие деньги.

К тому моменту, когда я попадаю в Горепани, я выжат как лимон, но нахожу в себе силы подняться на холм Пун — свой главный пункт назначения. Здесь, на высоте 3200 метров, горная гряда Аннапурны предстает во всем своем великолепии. Это вправду целая снеговая страна, меняющая свои очертания при каждом изменении света, как написал про Гималаи Николай Рерих. Золотой оттенок при высоком солнце меняется на нежно-розовый во время заката, когда появляются первые звезды. Потом вершины багровеют — значит, скоро станет совсем темно.

Сколько людей пыталось забраться на эти вершины, и сколько погибло, не достигнув цели, не сосчитать. Первым альпинистом, покорившим все 14 «восьмитысячников», стал итальянец Райнхольд Месснер: он побывал и на Эвересте, и на считающейся самой сложной для восхождения горе К2, и на Аннапурне с Дхаулагири, которые сейчас исчезают передо мной в темноте. Когда большие высоты закончились, Месснер стал преодолевать пространство вширь: он пересек Антарктиду, побывал на Южном и Северном полюсах, прошел 2000 километров по пустыне Гоби. «Я всю жизнь могу катить вверх мой камень, то есть самого себя, не достигая вершины, поскольку не может быть вершины в познании самого себя», — написал он в своей книге «Хрустальный горизонт». Мои возможности гораздо скромнее, поэтому дождавшись захода солнца, я отправляюсь назад в Горепани — ужинать.

Тропой исчезнувшего тигра

В центре столовой гестхауза огромная печь, вокруг которой сидят непальцы. Ближе к окнам, чтобы не отрываться от видов гор, — треккеры из разных концов мира. Мы обсуждаем с парой из Калифорнии победу Трампа на выборах; местные, должно быть, обсуждают нас. Даже при самом кратком разговоре они обязательно спросят, откуда ты, но ответ «из России» вызывает тягостное молчание. Только один старик в маленьком селе в ответ сказал «Владимир Путин» и поднял большой палец вверх.

Впереди еще три дня похода: бесчисленные спуски и подъемы, мулы, вереницей бредущие по горным лестницам, чьи колокольчики слышны задолго до их появления, навесные мосты, покачивающиеся над бездной. И конечно, горы, возникающие своими громадами словно из ниоткуда. Воздух сухой и прозрачный, на небе ни тучи, температура днем ближе к 27 градусам. «В горах всегда так: днем потеешь, вечером мерзнешь», — сказал один встречный треккер. Чтобы не тратить по 100 рупий за флягу пресной воды, я на свой риск беру ее из горных источников. Пить хочется часто.

В тропическом лесу мне несколько раз встречаются обезьяны, деловито копошащиеся в кронах деревьев. Других диких животных или хотя бы рептилий я не вижу. Когда-то эти леса принадлежали бенгальским тиграм. Тигриная охота была любимым занятием королей династии Шах, с широким размахом проводил такие охоты и Борис Лисаневич — артист балета Сергея Дягилева, попавший в Непал в начале 1950-х. Его называют основателем местной туристической индустрии. Именно по инициативе Лисаневича в Катманду открылся первый отель международного класса, а веками закрытое для западного человека королевство начало принимать туристов.

В XX веке браконьерство и освоение территорий в Азии привело к тому, что тигр практически исчез: по прошлогодним оценкам, из ста тысяч животных (данные на 1900 год) в мире осталось всего лишь 3890, а в Непале — 198 особей. Большинство из них живет в заповеднике Читван: там тигры научились сосуществовать с людьми и ходят по тем же тропам, что и местные жители. Правда, для этого им пришлось поменять режим и стать ночными животными, чтобы не встречаться с человеком.

С мыслями о тиграх достигаю деревни Тадапани. Помня о предыдущем опыте, я выбираю в гестхаузе крохотную комнату безо всяких видов, но рядом с печью. Пик Маччапучаре здесь можно рассмотреть во всех подробностях и на закате. Вечерний досуг в горах не балует разнообразием. Закат, ужин, отход ко сну. Маленькая книжица «Краткое описание индуистских и буддийских божеств» действует в качестве снотворного просто превосходно.

В мыслях выстраиваются планы новых походов: к базовому лагерю Аннапурны, откуда начинают восхождение альпинисты. К озеру Тиличо, которое находится на высоте 4919 метров и считается высочайшим в мире. К затерянным деревням, где люди народности гурунг собирают наркотический мед диких гималайских пчел — миру о них рассказал документалист Рафаэль Треза.

Почти весь последний день я спускаюсь вниз: в маленьком селе Джину на моем пути находятся горячие источники, привлекающие треккеров со всей округи. Затяжной спуск оказывается не менее тяжелым, чем подъем, и в село я прихожу незадолго до захода солнца. Вскоре выясняется, что это еще не конец пути: до источников нужно пройти еще 25 минут по крутой тропе вниз. И я прохожу их, сдерживая последние ругательства.

Но Непал прекрасен еще и тем, что щедро вознаграждает за все тяготы и усилия. Можно целый час тащиться по крутой лестнице вверх, но увидеть такой пейзаж, что сердце будет звенеть от восторга. Можно мерзнуть в номере за три доллара, но встретить лучший в жизни рассвет с видом на южную Аннапурну. И можно быть голодным и смертельно уставшим, но когда после тяжелой дороги ты ложишься в теплый бассейн по соседству с бурлящей рекой и всматриваешься в звезды далеко в небе, то чувствуешь себя настоящим хозяином мира, не больше и не меньше.

Источник: lenta